Последний Герой Труда (Часть 18h)

Горячий спорт
Шляясь с Маратом по Станкомашу я не раз обращал внимание на странные металлического окраса полосы, что были равномерно нанесены по полу, стенам, станинам оборудования, а иногда, если потолок был достаточно низок, то и по потолку. Причём были они только в горячих цехах — литейках. При ближайшем рассмотрении полос было видно, что они словно выжжены и покрыты странным серым окислом. Ну как то раз я не обломался и спросил Марата, что это за хрень. Ответ поверг меня в недоумение — «Да это ребята опять по пьяни в хоккей играли…» Какой, нахрен, хоккей? Он рассказал… и меня протащило…

Литейное производство оно непрерывно, плавки идут в строгом соответствии с технических процессом, малейшее отклонение, хоть ненадолго и всё, здоровенная болванка идёт в брак. А то и целая плавка насмарку. Вот и вкалывает литейка в три смены без перерывов и выходных, без праздников и остановок. Печи горят, металл течёт, а люди работают… И в Новый год тоже. В отличии от начальства, которое в Новый год положило на работу большой орган и довольное отрывается с семьей по домам, рабочие несут свою вахту у печей, а несмотря на повышенную зарплату за работу в праздники на душе у них явная тоска по уходящему году. Надо развлечься… Фейерверк, например, устроить — какой же Новый год без фейерверка? Прально! Никакой! А потому вскрывают крышку печи и со всей дури туда лопату углерода… ЖАХ!!! Углерод то он по техпроцессу положен, а крышка по технике безопасности, но на неё уже давно положили хуй, потому из открытой печи, ввысь к закомчёному потолку, с треском и хлопками, летят искры, взрываясь и разлетаясь в воздухе подобно отменному фейрверку. Красиво. Дальше из загашников достаётся бухло, в немерянных количествах и народ начинает бухать, прям на рабочем месте — праздник же! Местные полицаи те давно уже дома нычутся, а те что дежурят — уже тоже бухие в гавно.
И лишь когда количество крови в спирте достигнет критической отметки начинается матч… Чемпионат цеха по хоккею с огнём. Литейщики делятся на две три команды, хватают кочерги и… достают из печи раскалённую плашку ферроцерия. Ферроцерий вообще знатный материал, используется как легирующая присадка в сталь, в детстве кусочки данного металла у нас считались величайшей ценностью. Ещё бы — стоило его чиркнуть любым металлическим предметом, как из него вылетали во все стороны яркие искры, а если аккуратно-аккуратно его напильничком накрошить, то эти опилки сгорали с таким диким тепловыделением, что прожигало толстые доски насквозь. А если нагреть… да потом бросить — разлетался по всей комнате брызгами горячущих искр. В общем мечта, а не штуковина.
То были крохотные кусочки, а тут здоровенная плаха, киллограмма на два, да ещё разогретая докрасна… И бухие в задницу литейщики с кочергами вместо клюшек. С диким гиканьем гоняющие по цеху красную от жара и сыпящую искры во все стороны плашку церия. Аррххх!!! В качестве ворот обычно по пьяни выбиралось всё, мало мальски напоминавшее эти самые ворота — открытая подсобка, каптёрка мазутов (механиков) или будка говночистов (сантехников). Неоднократно случались пожары, а уж о прожженых лавках, стенках и верстаках речь и не идёт — заодно разрешилась ещё одна загадка по поводу обожжёных пятен на стенах. Потом, конечно, числа так десятого, появлялось цеховое начальство и с наслаждением дрючило дежурную смену литейщиков за пьянство (т.к. по трезвяку в такой хоккей вряд ли кто будет играть) и нарушение техники безопасности, но это было уже потом и никого не ебло. Вот так.
Запись опубликована в рубрике Последний Герой труда с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий